«"Газпром" на 1,5 трлн рублей увеличил капвложения, и пересматривает свою программу капзатрат ежегодно в сторону увеличения. Постоянное повышение прогнозов по капексу негативно сказывается на капитализации монополии», — заявил старший аналитик БКС Сергей Суверов. Частный "Новатэк", будучи намного меньше по объемам производства, стоит сегодня примерно столько же, как вся газовая монополия, отметил эксперт в ходе обсуждения проблематики газового рынка за «круглым столом» в ТАСС. Это, по его мнению, означает, что рынок оценивает перспективы компаний, занимающихся сжижением газа, выше, чем перспективы традиционных поставщиков по «трубе»: «глобальный капитал идет в СПГ». НОВАТЭКу, напомним, принадлежит контроль в известном своим мощным стартом проекте «Ямал СПГ».
Рынок больше не верит в эффективность инвестиций «Газпрома», — делает вывод Сергей Суверов. Когда-то самая дорогая компания России и главный фаворит инвесторов сегодня не только уступила лидерство на российском фондовом рынке нефтяной компании «Роснефть», но и вовсе выпала из тройки самых дорогих компаний России. Только за первую половину 2018 года акции газовой монополии на Лондонской бирже потеряли более 10%. В это же время бумаги «Новатэка» подорожали на 32%, «Роснефти» на 30%, а «Лукойла» на 17%.
Поставки сжиженного природного газа (СПГ) в Европу обычно упоминаются в связи с планами в этом отношении американцев, но и у России есть перспективы на рынке Старого Света, следует из обсуждения в рамках круглого стола «Битва за Европу: перспективы российских компаний на международном газовом рынке» 8 сентября в ТАСС. По мнению директора Института проблем глобализации Михаила Делягина, хотя «трубопроводный газ всегда дешевле», в то же время, поставки газа по трубе — это «зависимость от потребителя». Приверженность «Газпрома» трубопроводному газу внушает тревогу, считает он, а преимущество поставок СПГ состоит в их гибкости.
Действительно, сжиженный природный газ через спот-рынок можно направить в любой регион. При этом у него есть и такая особенность, как обезличивание поставок, что может оказаться необходимым при гипотетическом расширении антироссийских санкций. (Собственность на партию СПГ в пути следования танкера может перейти от поставщика к посреднику, что и происходит в Мексиканском заливе с большей частью американского газа, идущего в ЕС). Однако, не стоит и преувеличивать гибкость СПГ-поставок, считает заместитель директора Фонда национальной энергетической безопасности Алексей Гривач. По его словам, спот-рынок невелик, а большая часть СПГ поставляется по долгосрочным контрактам. Танкеры от производителей к поставщикам ходят по одним и тем же маршрутам и по строгому расписанию, что обусловлено небольшим объемом хранилищ на заводах по сжижению.
Как бы то ни было, относительно большую гибкость поставок сжиженного природного газа отрицать сложно. К тому же, сейчас это наиболее растущий сегмент рынка. По данным Михаила Делягина, экспорт СПГ за десять лет вырос в мире на 86%, в то время как экспорт трубопроводного газа — на 6%.
Однако участники обсуждения не подвергли сомнению, по крайней мере, ближайшие перспективы «Газпрома» на европейском рынке. Наиболее осторожный прогноз дал аналитик инвестиционной группы «Атон» Александр Корнилов, сказавший, что позициям Газпрома в ЕС ничто не угрожает в ближайшие 3-5 лет. А в общем и целом, как отмечалось, наши отношения просчитываются до 2025 года.
«Трубопроводный газ всегда будет конкурировать с СПГ», — констатировал и Михаил Делягин, отметив, в частности, меньшие потери при доставке по трубопроводам на дальние расстояния, по сравнению с технологическим циклом сжижения/разжижения и доставки СПГ.
Да, рынок европейского газа, по общему мнению, очень политизирован. Но санкции не угрожают «Северному потоку — 2», считает директор по исследованиям «ВЫГОН Консалтинг» Мария Белова, как проекту, находящемуся на стадии реализации: на всех его участках, кроме датского, уже началась укладка труб. Участники круглого стола констатировали, что 33% импорта Европой газа, обеспечиваемого Россией, это слишком много, чтобы ждать быстрых серьезных изменений, в том числе в технологиях и в способах доставки.
Россия расположена очень выгодно, между двумя крупнейшими рынками, европейским, где на рыночном поле нам нечего бояться США (хотя небезразличны действия Ирана), и китайским, с его «галопирующим» ростом потребления газа. В будущем году начнутся поставки по идущему в Китай газопроводу «Сила Сибири».
Однако в перспективе «трубопроводная философия» будет разбавляться ростом поставок СПГ. За «круглым столом» в ходе дискуссии возобладала, пожалуй, та точка зрения, согласно которой пик российского поставок газа в Европу еще не пройден. А вот каким будет этот газ? У СПГ, вне всякого сомнения, есть серьезные перспективы. Руслан Танкаев, гендиректор компании «ИнфоТЕК-Терминал», отметил «короткое плечо» и малые потери на испарение (благодаря низкой температуре воздуха) при доставке в Европу газа по Севморпути с Ямала. Как известно, первая промышленная партия сжиженного природного газа в декабре 2017 года была отправлена с терминалов «Ямал СПГ» на танкере «Кристоф де Маржери» в Великобританию.
В ходе обсуждения была отмечена и высокая перспективность производства и использованияарктических танкеров-газовозов для работы на Северном морском пути в рамках проекта «Арктик СПГ». Такие танкеры, как известно, будут производиться в Приморье Судостроительным комплексом «Звезда». Строительство этой судоверфи, куда на закладку одного из крупнейших в мире сухих доков приезжал в начале сентября президент РФ Владимир Путин, осуществляется консоциумом АО «Роснефтегаз», ПАО «НК «Роснефть» и АО «Газпромбанк».
Большой вопрос, между кем и кем должна идти газовая «битва за Европу»: между Россией и другими странами-поставщиками, как было прежде, или, в том числе, и между производителями газа внутри самой России? Тут возникает также вопрос не только о СПГ или «трубе», но и о доступе кпоследней независимых производителей.
«Я думаю, никто не будет спорить, что в мире нет такой практики, когда государственные компании имеют монополию на экспорт энергоресурсов, - отметил Сергей Суверов. — То есть это такая специфическая российская вещь, которая подрывает развитие рынка в целом, потому что независимые производители смогли бы повысить долю российского экспорта в целом на мировых рынках».
Все это, признали участники круглого стола, влечет за собой постановку вопроса о реформе российского рынка газа. Прежде всего, потому, что монополия «Газпрома» на экспорт трубопроводного газа, как к ней ни относись, увязана с его внутренними обязательствами, в том числе, законодательно обусловленными. «В обмен на обязательства по газификации страны «Газпром» получил монопольное право экспорта российского трубопроводоного газа за рубеж. То как осуществляется эта газификация, мы видим: 58% для сельской местности в 21 веке - это катастрофа. Текущие затраты «Газпрома» на газификацию составляют всего 1% от экспортной выручки. Это ничтожные расходы, которые с большим удовольствием возьмут на себя и другие компании, которые могут пойти на внешний рынок», — считает Михаил Делягин.
В целом рынок газа, как говорится, уже не будет прежним. Об этом свидетельствует и сама возможность вести дискуссию с обсуждением такого количества вариантов и технических подробностей «битвы за Европу» и другие регионы, что все их сложно перечислить.
|
«"Газпром" на 1,5 трлн рублей увеличил капвложения, и пересматривает свою программу капзатрат ежегодно в сторону увеличения. Постоянное повышение прогнозов по капексу негативно сказывается на капитализации монополии», — заявил старший аналитик БКС Сергей Суверов. Частный "Новатэк", будучи намного меньше по объемам производства, стоит сегодня примерно столько же, как вся газовая монополия, отметил эксперт в ходе обсуждения проблематики газового рынка за «круглым столом» в ТАСС. Это, по его мнению, означает, что рынок оценивает перспективы компаний, занимающихся сжижением газа, выше, чем перспективы традиционных поставщиков по «трубе»: «глобальный капитал идет в СПГ». НОВАТЭКу, напомним, принадлежит контроль в известном своим мощным стартом проекте «Ямал СПГ».
Рынок больше не верит в эффективность инвестиций «Газпрома», — делает вывод Сергей Суверов. Когда-то самая дорогая компания России и главный фаворит инвесторов сегодня не только уступила лидерство на российском фондовом рынке нефтяной компании «Роснефть», но и вовсе выпала из тройки самых дорогих компаний России. Только за первую половину 2018 года акции газовой монополии на Лондонской бирже потеряли более 10%. В это же время бумаги «Новатэка» подорожали на 32%, «Роснефти» на 30%, а «Лукойла» на 17%.
Поставки сжиженного природного газа (СПГ) в Европу обычно упоминаются в связи с планами в этом отношении американцев, но и у России есть перспективы на рынке Старого Света, следует из обсуждения в рамках круглого стола «Битва за Европу: перспективы российских компаний на международном газовом рынке» 8 сентября в ТАСС. По мнению директора Института проблем глобализации Михаила Делягина, хотя «трубопроводный газ всегда дешевле», в то же время, поставки газа по трубе — это «зависимость от потребителя». Приверженность «Газпрома» трубопроводному газу внушает тревогу, считает он, а преимущество поставок СПГ состоит в их гибкости.
Действительно, сжиженный природный газ через спот-рынок можно направить в любой регион. При этом у него есть и такая особенность, как обезличивание поставок, что может оказаться необходимым при гипотетическом расширении антироссийских санкций. (Собственность на партию СПГ в пути следования танкера может перейти от поставщика к посреднику, что и происходит в Мексиканском заливе с большей частью американского газа, идущего в ЕС). Однако, не стоит и преувеличивать гибкость СПГ-поставок, считает заместитель директора Фонда национальной энергетической безопасности Алексей Гривач. По его словам, спот-рынок невелик, а большая часть СПГ поставляется по долгосрочным контрактам. Танкеры от производителей к поставщикам ходят по одним и тем же маршрутам и по строгому расписанию, что обусловлено небольшим объемом хранилищ на заводах по сжижению.
Как бы то ни было, относительно большую гибкость поставок сжиженного природного газа отрицать сложно. К тому же, сейчас это наиболее растущий сегмент рынка. По данным Михаила Делягина, экспорт СПГ за десять лет вырос в мире на 86%, в то время как экспорт трубопроводного газа — на 6%.
Однако участники обсуждения не подвергли сомнению, по крайней мере, ближайшие перспективы «Газпрома» на европейском рынке. Наиболее осторожный прогноз дал аналитик инвестиционной группы «Атон» Александр Корнилов, сказавший, что позициям Газпрома в ЕС ничто не угрожает в ближайшие 3-5 лет. А в общем и целом, как отмечалось, наши отношения просчитываются до 2025 года.
«Трубопроводный газ всегда будет конкурировать с СПГ», — констатировал и Михаил Делягин, отметив, в частности, меньшие потери при доставке по трубопроводам на дальние расстояния, по сравнению с технологическим циклом сжижения/разжижения и доставки СПГ.
Да, рынок европейского газа, по общему мнению, очень политизирован. Но санкции не угрожают «Северному потоку — 2», считает директор по исследованиям «ВЫГОН Консалтинг» Мария Белова, как проекту, находящемуся на стадии реализации: на всех его участках, кроме датского, уже началась укладка труб. Участники круглого стола констатировали, что 33% импорта Европой газа, обеспечиваемого Россией, это слишком много, чтобы ждать быстрых серьезных изменений, в том числе в технологиях и в способах доставки.
Россия расположена очень выгодно, между двумя крупнейшими рынками, европейским, где на рыночном поле нам нечего бояться США (хотя небезразличны действия Ирана), и китайским, с его «галопирующим» ростом потребления газа. В будущем году начнутся поставки по идущему в Китай газопроводу «Сила Сибири».
Однако в перспективе «трубопроводная философия» будет разбавляться ростом поставок СПГ. За «круглым столом» в ходе дискуссии возобладала, пожалуй, та точка зрения, согласно которой пик российского поставок газа в Европу еще не пройден. А вот каким будет этот газ? У СПГ, вне всякого сомнения, есть серьезные перспективы. Руслан Танкаев, гендиректор компании «ИнфоТЕК-Терминал», отметил «короткое плечо» и малые потери на испарение (благодаря низкой температуре воздуха) при доставке в Европу газа по Севморпути с Ямала. Как известно, первая промышленная партия сжиженного природного газа в декабре 2017 года была отправлена с терминалов «Ямал СПГ» на танкере «Кристоф де Маржери» в Великобританию.
В ходе обсуждения была отмечена и высокая перспективность производства и использованияарктических танкеров-газовозов для работы на Северном морском пути в рамках проекта «Арктик СПГ». Такие танкеры, как известно, будут производиться в Приморье Судостроительным комплексом «Звезда». Строительство этой судоверфи, куда на закладку одного из крупнейших в мире сухих доков приезжал в начале сентября президент РФ Владимир Путин, осуществляется консоциумом АО «Роснефтегаз», ПАО «НК «Роснефть» и АО «Газпромбанк».
Большой вопрос, между кем и кем должна идти газовая «битва за Европу»: между Россией и другими странами-поставщиками, как было прежде, или, в том числе, и между производителями газа внутри самой России? Тут возникает также вопрос не только о СПГ или «трубе», но и о доступе кпоследней независимых производителей.
«Я думаю, никто не будет спорить, что в мире нет такой практики, когда государственные компании имеют монополию на экспорт энергоресурсов, - отметил Сергей Суверов. — То есть это такая специфическая российская вещь, которая подрывает развитие рынка в целом, потому что независимые производители смогли бы повысить долю российского экспорта в целом на мировых рынках».
Все это, признали участники круглого стола, влечет за собой постановку вопроса о реформе российского рынка газа. Прежде всего, потому, что монополия «Газпрома» на экспорт трубопроводного газа, как к ней ни относись, увязана с его внутренними обязательствами, в том числе, законодательно обусловленными. «В обмен на обязательства по газификации страны «Газпром» получил монопольное право экспорта российского трубопроводоного газа за рубеж. То как осуществляется эта газификация, мы видим: 58% для сельской местности в 21 веке - это катастрофа. Текущие затраты «Газпрома» на газификацию составляют всего 1% от экспортной выручки. Это ничтожные расходы, которые с большим удовольствием возьмут на себя и другие компании, которые могут пойти на внешний рынок», — считает Михаил Делягин.
В целом рынок газа, как говорится, уже не будет прежним. Об этом свидетельствует и сама возможность вести дискуссию с обсуждением такого количества вариантов и технических подробностей «битвы за Европу» и другие регионы, что все их сложно перечислить.